[Без даты]

22 августа 2011
Боголюбивейшая инокиня А.!

[...] Ты пишешь, что борет тебя гнев и «мира и утешения не имам». Если не будем трудиться и работать над своим сердцем — мира и утешения не будет. Надо же наконец взять себя в руки, не все же жить спустя рукава. Ибо нуждницы восхищают Царство Небесное (см.: Мф. 11, 12). Антоний Великий сказал своему ученику: «Ни Бог, ни я тебе не помогут, если сам не будешь трудиться. Духовная жизнь подобна дереву, телесный подвиг — листьям его, а душевное делание — плоду».   Писание говорит: «Всяко убо древо, еже не творит плода добра, посекаемо бывает и во огнь вметаемо» (Мф. 3, 10). Конечно, телесный труд нужен, ибо без него и плодов не будет. Однако знай, что все телесные труды — не как добродетель, а как пособие к добродетели. Многие много трудились, а плодов не получали, ибо труд их был внешний, убивающий дух: не коснися, ниже вкуси, ниже осяжи (Кол. 2, 21). Святой Иоанн Лествичник говорит: «Весьма развратился нынешний век и весь стал преисполнен возношения и лицемерия. Труды телесные, по примеру древних отцов наших, может быть, и показывает, но дарований их не сподобляется, хотя, думаю я, естество человеческое никогда так не требовало дарований, как ныне. И справедливо мы это терпим, потому что не трудам, но простоте и смирению являет Себя Бог». Святой Исаак Сирин говорит: «Если ты трудишься в какой прекрасной добродетели и не видишь успеха или плода — не дивись, ибо Господь дает дарование не за труды, а за смирение». Священномученик Максим сказал: «Даждь телу малое упражнение, а все усилия употреби на внутреннее делание». Святой Варсонофий сказал: «Если внутреннее делание по Богу не поможет человеку, то напрасно он трудится во внешнем».   Святой Антоний сказал: «Когда я сидел у одного аввы, пришла некоторая дева и сказала старцу: "Авва, я провожу свою жизнь в посте, вкушаю один раз в неделю и ежедневно изучаю Ветхий и Новый Заветы". Старец ответил ей: "Сделалась ли для тебя скудость все равно что изобилие?" Она сказала: "Нет". — "Бесчестие как похвала?" Сказала: "Нет, авва". — "Враги как друзья?" Она ответила: "Нет". Тогда говорит тот мудрый старец: "Иди трудись, ты ничего не имеешь"». Ужасный ее подвиг: один раз кушала в неделю, и то, наверно, не изысканную пищу, и вдруг услышала от опытного старца: «Ты ничего не имеешь».И Священное Писание изучала, однако не понимала сущности, чему учит оно. И все ее благочестие было чисто внешнее, плодов духовных и не сподобилась получить. И те пять дев юродивых (см.: Мф. 25, 1—13) большой подвиг девства сверхъестественный соблюли, но как добрых дел не имели [Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера] (Гал. 5, 22), остались вне дверей в Небесный Чертог. И фарисеи знали назубок Священное Писание, но не жили по Писанию и истины не могли понять — распяли Господа.   Да, духовная жизнь — из наук наука, требует духовного рассуждения, а рассуждение рождается от смирения. У египетских старцев, если какая добродетель обнаружится, то ее не считали добродетелью, а грехом. Вот как святые боялись тщеславия! Святой архиепископ Феофил посетил гору Нитрийскую, и пришел к нему авва горы. Архиепископ сказал ему: «Какая добродетель по твоему опытному сознанию есть высшая на иноческом пути?» Старец отвечал: «Повиновение и постоянное самоуко-рение». Архиепископ сказал: «Иного пути, кроме этого, нет». Святой Варсонофий Великий сказал: «Если ты исполнишь три условия, где бы ты ни жил, будешь мирен: первое — оставить волюшку свою позади себя, второе — укорять себя и третье — считать себя хуже всех».   О, блаженное ты послушание. Кто преклонил главу свою под иго твое, будет всегда мирен и радостен, плоды утешительные, но и требует больших трудов. Святые отцы приравнивали послушание даже мученичеству: даждь кровь, приими дух. От истинного послушания рождается смирение, бесстрастие, даже прозорливость — не дивись, — но истинно так. Не буду писать вам примеры послушания; полагаю, что вы сами читали и знаете.   Вот что еще: от невнимательной нашей жизни не за собой следим, а за другими; и от других требуем исправления, а сами остаемся неисправными — даже иногда бывает клевета и ее печальные последствия. Приведу пример.   Это было на юге, в женском монастыре. Спасались четыреста подвижниц. Шел портной, встретилась с ним послушница где-то за монастырем. Он сказал: «Нет ли у вас работы?» Она ответила: «Нет, мы сами работаем». Этот разговор-встречу увидела другая послушница и через несколько времени, поссорившись с сестрою, в жару гнева оклеветала ее по поводу той встречи. Оклеветанная не могла перенести позора, и от печали тайно бросилась в реку Нил и утопилась. А клеветница, одумавшись, что напрасно оклеветала и погубила ее, сама удавилась. Вот какая печальная история. В этом же монастыре спасалась юродивая Исидора — к ней и пришел святой Питирим. Когда обнаружился ее подвиг, она, по смирению, не смогла терпеть славу человеческую, тайно ушла и неизвестно где жила и как скончалась. Блаженная ты Исидора, моли Бога за нас, грешных!   Этот женский монастырь был у реки Нил, а по ту сторону реки было десять монастырей, и в каждом монастыре по тысяче монахов. Управлял всеми монастырями преподобный Пахомий. В каждом монастыре был игумен. В женском монастыре службу совершал иеромонах из Пахомиева монастыря. О тех послушницах, которые погибли, он воспретил совершать поминовение, а других, которые клеветали, тех отлучили на семь лет от причащения. Господи, избави мя от клеветы человеческия и научи творити волю Твою.   Вот еще. В той же стране и в те же времена в одном монастыре жили два брата: одному — двенадцать лет, другому — пятнадцать лет. Игумен послал их снести пищу отшельнику. Отнесли и на обратном пути встретили змея ядовитого. Младший брат взял змею, завернул в мантию, принес в монастырь, конечно, не без тщеславия. Иноки окружили отроков, удивились и восхвалили их за святость. Игумен был духовной жизни и рассудительный; отроков наказал розгами и сказал: «Вы Божие чудо приписали себе. Лучше немощная совесть, чем добродетель со тщеславием». Ибо он знал, что чудеса вредят святым.   Да, на земле совершенства и постоянства нет. Были такие случаи, что некоторые подвижники были восхищены и видели славу святых, потом падали и вели позорную жизнь на посмешище людям. С преподобным Макарием Великим жил такой подвижник и так насыщен был благодатию, что возложением своих рук исцелял больных. Но, возмечтав о своей святости, погиб — вел позорную жизнь и так скончался. Святой пророк Иезекииль говорит: «Если праведник совратился с пути, Господь не помянет его праведность, а грешник, если исправится, то Господь не помянет его грехов» (см.: Иез. 33, 14—19).   Да, мы не должны себе верить, пока не ляжем в гроб. И в добродетели устоять зависит не от нас, но от благодати Божией. А Господь хранит за смирение; насколько человек смирится, настолько и преуспевает в духовной жизни. Наш должен быть труд по самовластию, а успех зависит уже от благодати; вот мы и должны молиться и просить помощи Господа. В духовной жизни главный подвиг — молитва, молитва требует внимания и трезвения. Я полагаю, что ты читала о молитве, однако я скажу тебе, конечно, кратко, о молитве трудно писать подробно.   Молитва имеет три степени: первая — устная, вторая — умная, третья — умно-сердечная. Первая, устная. Произносится устами, а ум гуляет, вторая — умная молитва, ум надо заключить в слова молитвы, а внимание держать в верхней части груди, ибо внимание — душа молитвы. На сердце нажимать вниманием не надо; если будет внимание в груди, тогда и сердце будет сочувствовать. Третья, умносердечная молитва — достояние очень редких и дается за глубочайшее смирение. «Страстный не должен дерзать к такой молитве», — говорит святой Григорий Синаит. К умилению и слезам не надо стремиться, а когда это само по себе придет — умиление и теплота сердечная — остановись на этом, пока это пройдет. Все же думать не надо, что что-то великое получила. Это бывает естественно, от сосредоточения, но не прелесть. Вот что еще сообщу на всякий случай: если теплота пойдет далее по всему телу — такая теплота не кровяная, а духовная, — то слезы польются просто струей, и люди будут казаться просто Ангелами. В такой момент на ногах уже не устоишь: надо ложиться или садиться; если это случится в церкви, надо скорее выходить вон. Другие, не знавшие и не испытавшие   подобных явлений при молитве, сочтут за прелесть. Это не прелесть, а Небесный Гость посетил.   Кончаю писать о молитве, трудись в молитве, Господь даст молитву молящемуся. Аминь.   Просила меня что-нибудь написать тебе, вот за послушание и написал, что было у меня на сердце. Конечно, много есть: не договорено пробелов и ошибок, но мои недостатки покрой христианской любовью, вот я уже состарился, а жить не уставился, однако надежды не теряю на спасение. Глубоко верь, что Господь и принял нашу плоть и душу не ради праведных, а ради грешных, на покаяние.

Прошу святых молитв твоих, твой недостойный сомолитвенник архигрешный схиигумен Иоанн.