[О монастырях и о пользе для мирян, посещающих монастыри]

17 августа 2011
05.01.1955

Новый Валаам
[О монастырях и о пользе для мирян, посещающих монастыри]

Досточтимый о Христе ...   Получил Ваше письмо, и Вы пишете и укоряете монашество, что оно бесполезно для общества: замкнулись и живут только для себя, и называете нас просто эгоистами. Не только миряне так думают, но и белое духовенство так же думает. Одно время в России очень много писали о монастырях и о монашестве, что оно бесполезно для мирян. Монахини жаловались мне на своего благочинного отца протоиерея: «Когда приедет к нам, скажет хорошую богословскую проповедь, а в конце проповеди непременно укорит нас: ну что вы тут живете и какая от вас польза миру, вы не что иное, как телефонные столбы». Спасибо тебе, отец протоиерей, утешил монахинь. Хоть ты и сравнил их с телефонными столбами, а без столбов и телефона не провести.   О монашестве писал историю епископ Петр, вот и отсылаю к нему. Вы там узнаете, что такое монашество и цель жизни монахов. А я скажу, как умею, свое впечатление о монастырях и о монашестве.   Монастыри и монашество — не случайное явление, [оно] установлено святыми отцами по внушению Святого Духа, и монашеский чин не тот, чтобы идти в мир и служить на пользу мирянам, ибо мы отреклись от мира, и [в монастырях] ежедневно совершается Бескровная Божественная Жертва за весь мир и о мире всего мира — и это служение выше всяких благотво-рительностей ближнему. Благотворительность похвальна для мирян, ибо они живут в миру и их священный долг — служить ближнему, кто как может, по данному свыше таланту.   Монастыри еще служат для мирян, как тихая пристань от волнений житейской суеты. Приезжающие отдыхают и нази-даются духовно, ибо в монастыре течение жизни другое в сравнении с миром, и на приезжающих [это] влияет успокоительно. Еще монастыри воспитывают духовных чад, о которых миряне понятия не имеют, ибо они видят только внешние стороны: мусор-то всегда поверх воды плывет, а золото внизу лежит.   На Валааме при игумене Дамаскине жил схимонах Тимофей. Так он преуспел в духовной жизни, что был восхищен на небо и видел славу святых и, чтобы не развлекаться пустословием, наложил на себя благоразумное молчание. Игумен деятельной жизни не мог понять духоносного схимника, не нравилось ему это молчание, послал его в Петроград, на подворье Валаамского монастыря, — дескать, там заговорит. Схимник прожил там два года, а своего подвига молчания не оставил. Посоветовался со старцами Невской Лавры, они посоветовали духоносному схимнику уехать на Афон. Он так и сделал: уехал на Афон, прославился там духовной жизнью, гремел по всему Афону. Игумен Дама-скин очень сожалел, что упустил такого благодатного старца.Вот, даже и монахи не поняли духовного схимника, а о мирянах и говорить излишне.   Еще жил на Валааме рясофорный монах Ксенофонт, из раскольников. По чистоте сердечной он удостаивался каждый раз видеть знамение при совершении литургии. Однажды пришли в церковь финны и вели себя небрежно. Отец Ксенофонт мысленно осудил их, и за это лишился видения чудного знамения на литургии. Он осознал свой грех осуждения, покаялся, и через месяц Господь вернул Ксенофонту дар чудесного видения. Вот какой тяжкий грех — осуждение, а мы, грешные, от невнимательной жизни так привыкли осуждать, что перестали считать осуждение грехом, а придется нам отвечать на Страшном Суде Господнем не только за осуждение, но и за праздное слово (см.: Мф. 12, 36-37) .   И еще были подвижники, преуспевшие в духовной жизни, но я не буду упоминать о них, вернусь к [вопросу] о пользе монастырей.   Человек я от природы застенчивый и недалекого ума. Благодарю Господа за то, что Он по Своему милосердию сподобил меня, грешного, всю жизнь провести в монастыре, и не было у меня никогда мысли о том, чтобы вернуться в мир. Удивляюсь я на себя и благодарю Господа, что Он сподобил меня познать Православие, как учит Святая наша Церковь и святые отцы. И глубоко во все верую, даже и не рождаются вопросы: «Это почему, а почему не так?» И все это благодаря монастырской жизни.   Монастырь подобен утренней яркой заре, и на эту зарю стекаются люди из разных губерний России по особенному внутреннему убеждению пожить [здесь] ради спасения своей души. Вот такие личности приходят в монастырь, конечно, не все выдерживают свой начальный подвиг, уезжают в мир, но это исключение, большинство остаются в монастыре до гроба.   Попутно замечу, что наши церковники устроили в монастыре приюты с целью воспитать монахов, не знавши монашества и монастырской жизни, опытом взялись воспитать монахов.И что у них вышло? Вышел мыльный пузырь — красивый, но лопнул. Подобно тому делу, если ученый монах, не знавши опыта монастырской жизни, будет управлять монастырем — тоже толку не жди. Интересно, иногда приходится слышать, как посторонние верхогляды рассуждают о монастырях и готовы написать устав для монахов. Из истории известно, что в монастырях воспитывали монахов, но у них условия были совсем другие, и из монастырей выходили даже епископы. В то блаженное время изучали Священное Евангелие наизусть, вели беседы, и толковали Священное Писание, и опытом проходили духовную жизнь, и нам оставили свое драгоценное мудрое учение в своих писаниях.   И писание святых отцов познается жизнью. Не дивитесь, что так сказал безумно, однако справедливо. В России некий епископ прочел книгу преподобного Исаака Сирина и нашел в ней много еретического. У преподобного Исаака еретических мыслей нет, но духовного разума — очень глубокий колодец. А у епископа духовного ума — веревочка коротка, вот и не мог почерпнуть, достать истинного учения преподобного. Епископ Феофан Затворник даже составил молитву преподобному, чтобы тот помог уразуметь свои писания. Преподобный ученой системы не держался, но духовные жемчужины рассеяны по всему его учению. Как мед: кто не вкушал его, сколько ни говори ему о сладости, не поймет, а когда вкусит, тогда только узнает, каков мед и сладость его. Так и добродетель: узнает ее, когда опытом пройдет. Преподобный Антоний Великий сказал: «Если духовный человек будет говорить о духовном недуховному, сделается ему смешным». Ах, как справедливо, я это тоже очень хорошо замечаю, хоть и не духовный человек, подобно Антонию, но с помощью познания святоотеческого учения — чувствуется.   Великое благо для нас, грешных, что святые отцы оставили нам свое богомудрое учение о духовной жизни. Их учение можно назвать вехами, указующими путь в вечную жизнь и Царство Небесное.   Книгу преподобного аввы Дорофея можно назвать духовною азбукою. Говорит так просто, но очень глубоко о страстях и о борьбе с ними. Духовный успех без деятельной жизни не может быть, как на дереве без листьев не могут быть плоды. Иногда приходится замечать, как некоторые высокопарно разглагольствуют о созерцании, однако чувствуется, что умовое их созерцание, а не от дел вытекает, науку прошел, теорию, словесность изучил, память хорошая — вот и не затрудняется говорить. «Но иное слово от слуха, а иное от дел», — говорит преподобный Исаак Сирский.   Кончаю писать. Конечно, много есть недоговоренного, и пробелы, и мои недостатки покрой христианской любовью, писал, что у меня было на сердце.