25.03.1949

9 сентября 2011
25.03.1949

Пятница

Честнейшая о Христе Елена!

Посылочку твою и письмо в ней я получил, и еще письмо от 18.03 тоже получил. Относительно письма Аполлинарии — твое мнение справедливо, и это не есть осуждение, а просто заключение о душевном устроении человека.   Труднее всего познать себя самого, а еще с дарованиями, регентша, умела управлять хором, хороший голос, хорошо прочтет и поучение скажет, и еще, к несчастью, со стороны похвалы — при всем этом как не возмечтать о себе, что я ведь не как прочие [Лк. 18, 11]. И письмо ей думается высокопарное, конечно, она любовалась своими мыслями, это видно по тону письма. А в сущности письмо очень глупое, и чувствуется, что человек совсем не знаком с внутренней иноческой жизнью и не могла вместить сказанное ей о едином на потребу.   Я написал ей и доказал на основании святых отцов, что она дает волю воображению и фантазии и ошибочно заключает по наружности человека о внутренней жизни; и на эту тему мне пришлось распространиться в письме и объяснить разные переживания, но она не могла или не хотела понять. Прошла молча все длинное письмо, остановилась только на том, что кольнуло ее самомнение, и под влиянием обиды письмо написала путаное. Она провожала меня верст восемь, мне ее разговор чувствовался тяжелым. Помоги ей, Господи. В общежитии в Ярвенне просто их буква убивает дух [2 Кор. 3, 6], и они, бедные, мучаются, помоги им, Господи.   Рассмотри о твоих слезах, из какого источника они текут; мне кажется, от грусти... все же не вредят они, ибо после делается легче.   Мое здоровье хорошее, остался только кашель. Отец Антоний очень слаб. Я его соборовал. Едва ли поправится. И другие старички есть слабые. Монах Аристовул отошел к праотцам. Сапожник, он и раньше был больной, ходил — рот открыт и язык вываливался. Сейчас ходил к отцу Антонию. Как видно, поправится, только, конечно, полежит. У меня и кашель проходит, третью неделю служу молебны и бегаю просто бегом. Слава Богу за все.

Схиигумен Иоанн.